Скомунизденное детство

Сейчас стало модным ностальгировать по советскому прошлому. Почему? Давайте разбираться.

Яндекс картинки
Яндекс картинки

Честно говоря, у меня есть только одно объяснение ностальгии – детство и молодость. Все мы вспоминаем молодые годы с сожалением, потому что ничего не может заменить человеку это прекрасное время, когда пела душа, а не суставы.

Я родилась в 1981 году и, откровенно говоря, ничего хорошего о СССР не слышала. Все соседи, родственники и знакомые поносили «проклятых коммуняк». Но у нас любят негативно отзываться о власти. Власть хорошей не бывает априори, поэтому не будем полагаться на мнение других.

Упоминать пустые полки, талоны и блат тоже не буду. Думаю, и без меня все это прекрасно знают, а многие даже помнят. Расскажу про один интересный случай.

Не элитная я училась в элитной школе. Среди одноклассников (за небольшим исключением) были дети главврачей санаториев, верхушки райисполкомов и горисполкомов, директоров и начальников. В общем, больших шишек.

Наша нищая горстка выделялась на фоне элиты. Наши родители не мотались за границу и одеты мы были не в импортные шмотки, а в изделия советской легкой промышленности, которые продавались исключительно в «Детском мире» и которые не просто не украшали, а откровенно уродовали.

Учительницу начальных классов звали Октябрина Виленовна (простите автору эту небольшую вольность) и была она, как вы уже догадались, ярой коммунисткой. На уроках внеклассного чтения наш класс изучал житие Владимира Ильича и его особенную любовь к детям. Помните советский анекдот:

Марь Ванна повела детей в лес. На полянке дети заметили ежика:

– А это тот, про кого я вам очень много рассказывала, – говорит Марь Ванна.

– Так вот ты какой, Владимир Ильич, – торжественно произнес Вовочка.

Анекдот прямо про нас. Подозреваю, что у Октябрины Виленовны (коммунистического ей рая) была непростая жизнь, ввиду отсутствия мужа и наличия сына-инвалида. Те ученики, чьи родители не могли помочь Октябрине Виленовне с устройством сына в санаторий, глубоко ею презирались, а их отпрыски больно получали линейкой по пальцам.

«Ублюдки», как ласково называла нас эта замечательная во всех отношениях женщина, «глубоко сидели в луже» и лишний раз старались не высовываться, чтобы не навлечь на себя гнев учительницы. Равенство будущим строителям коммунизма только снилось.

Однажды из раздевалки «скоммуниздили» заграничное пальто дочери директора (или начальника, хз) рынка. Ох и скандал был. Пальто так и не нашли, а «проклятым коммунякам» досталось. Все ж они виноваты, довели народ.

Война в Югославии началась в 1991 году, но мы почувствовали ее приближение гораздо раньше. В начальной школе к нам приехал… ОН. Инопланетянин. Звали инопланетянина югославским именем Марко Петрович.

Девочки, конечно же, сразу влюбились. Да и как было не влюбиться? У объекта нашего вожделения была ярко-оранжевая куртка, голубые джинсы, ботинки и пенал с кучей диковинок. Даже у детей элитных родителей такого не было.

Выглядели мы на его фоне почти детдомовскими. Особенно горстка не элитных. Я скрипела кожаными туфлями на пластмассовой подошве и не смела даже дышать в присутствии заморского принца.

На перемене мы всем классом преследовали Марко. Девочки из любви, а мальчики… наверное, из любопытства. По-русски он не говорил, детдомовских боялся, поэтому убегал, в ужасе оглядываясь.

Как-то он решил спрятаться в мужском туалете, поэтому мальчики побежали следом, а девочки остались ждать на пороге. Это, наверное, был единственный раз, когда общая цель догнать беглеца победила классовую ненависть. Что мы будем делать, когда догоним, мы не знали. Главное было догнать, там решим.

Преследование удалось остановить только Октябрине Виленовне. Оказывается, наш югославский брат боялся ходить в школу. Тяжело было удержаться от преследования гостя, но Октябрина Виленовна была уж очень убедительна. Нам оставалось только пожирать объект тайного желания глазами. Что мы и делали. Пока однажды принц не отпросился в туалет.

«Оказывается, человеческие нужды не чужды даже принцам», – подумали мы. Больше всех удивилась Катя Громова, очень уж красноречиво она пожирала выходящего Марко глазами, за что схлопотала от Октябрины Виленовне по «роже». После этого мы боялись даже поднимать глаза, не то что пожирать.

Правда, Марко это все равно не спасло. Вскоре он исчез, оставив после себя легкую дымку сожаления и теплые воспоминания. Вслед за Марко канул в лету Советский Союз вместе с братьями-славянами из бывшей Югославии.

А вы ностальгируете по советскому прошлому?

Спасибо, что вы со мной! Подписывайтесь и приходите меня почитать! Будет интересно!

Еще больше рассказов и жизненных историй! Приятного чтения!

Добавить комментарий:

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *